Всего в России 143 детских дома-интерната (ДДИ) для детей с нарушениями развития. Два из них предназначены для семейных детей и работают по принципу школы – пятидневки, в остальных содержатся дети-сироты.
Изначально в базе, переданной нам сотрудниками Министерства здравоохранения и социального развития РФ, указывалось 147 ДДИ, но в ходе телефонного опроса выяснилось, что четыре из них были перепрофилированы в психоневрологические интернаты для взрослых (ПНИ).
На наш взгляд, расположение большей части детских домов-интернатов для детей с нарушениями развития в сельской местности провоцирует проблемы с привлечением квалифицированного медицинского и педагогического персонала для работы с детьми, организацией учебного процесса на базе специализированных школ, адаптацией ребят в обществе, знакомством с окружающим миром и т.д.
Пояснения и комментарии к графику: Хотелось бы упомянуть, что единственный интернат для слепоглухих детей (см. График 2) также является единственным специализированным интернатом федерального подчинения, все остальные детские дома-интернаты для детей с нарушениями развития – регионального подчинения.
Работа по семейному устройству детей-инвалидов
Из 143 детских домов – интернатов для детей с нарушениями развития всего сорок четыре занимаются семейным устройством воспитанников, четыре из них используют две формы СУ (№ 8, 37, 76, 130 – см. Таблицу - приложение), и лишь один (№ 53 – см. Таблицу - приложение) - все три формы.
Если говорить отдельно об учреждениях, практикующих семейное устройство детей в приемные семьи (см. График 3), то целенаправленная работа в этом направлении ведется только пятью ДДИ из одиннадцати (№ 8, 15, 53, 76, 83), пассивная работа, то есть, семейное устройство не по инициативе интернатов - тремя ДДИ (№ 72, 74, 117), еще три ДДИ (№ 64, 130, 145) занимаются устройством ребят старше 18 лет.
Три из двадцати девяти домов – интернатов (№ 5, 6, 7, 8, 21, 23, 24, 28, 29, 30, 35, 37, 41,44, 47, 48, 53, 55, 56, 61,76, 86, 87, 121, 141, 143/43, 123, 130), занимающихся восстановлением кровных связей, также занимаются устройством выпускников.
На графике отмечена еще одна форма устройства детей, близкая к СУ – гостевой патронат. В рамках этой формы дети пребывают в семьях в выходные, праздничные и каникулярные дни. Эту форму используют десять ДДИ (№ 3, 19, 37, 49, 53, 69, 95, 119, 122, 137).
Как известно, восстановление кровных связей остается наиболее распространенной схемой семейного устройства. В ходе проведения исследования, многие руководители ДДИ отмечали, что несколько лет назад, при изменении законодательства по отказу от родительских прав, детским сиротским учреждениям пришлось заново собирать отказы кровных родителей, что неожиданно спровоцировало волну возвращений детей в кровные семьи. Предполагаем, что это связано с различными факторами, среди которых изменение не только экономического положения в стране, но и социальных ситуаций в семьях – родители становятся старше, возрастает их доход, вырастают братья и сестры. Также, зачастую, находятся новые родственники, не знавшие о существовании детей – папы, бабушки, тети, дяди и т.д. Это говорит о том, что продвижение программ семейного устройства детей требует регулярного мониторинга происхождения каждого ребенка с целью поиска родных, причем не только ближайших, но и более широкого круга.
Нельзя не отметить, что все дети, которые юридически могут быть усыновлены, внесены в федеральную базу данных по усыновлению, но в связи с тем, что работа в этом направлении не ведется, наличие этой базы не дает никаких результатов.
Интернаты в России в принципе не считают своей обязанностью заниматься работой по профилактике сиротства и восстановлению родственных связей, а также семейному устройству как таковому, возлагая ее на территориальные органы опеки. Заместитель директора одного из ДДИ Москвы прямо заявила, что подобная деятельность находится за рамками работы их учреждения (№ 37).
Также, одним из факторов сиротства и препятствием к семейному устройству детей – инвалидов является финансовый аспект. Специфичное лечение, питание и уход очень затратны, особенно для региональных семей, в то время как на содержание этих детей в ДДИ государство выделяет существенные средства. Например, на специализированное питание в случае некоторых заболеваний выделяется до 64000 рублей ежемесячно, а для большинства семей – это неподъемная сумма. Соответственно, для многих родителей помещение ребенка в специализированный интернат – единственный выход и, также, отсутствие подобных субсидий - препятствие для принятия ребенка в семью.
К сожалению, исходя из результатов опроса, за последние два – три года в России из двадцати пяти тысяч детей, проживающих в интернатах для детей с нарушениями в развитии, в семьи было устроено не более двухсот пятидесяти детей, что составляет меньше одного процента.
Образовательные программы
В большинстве детских домов - интернатов для детей - инвалидов присутствуют учебные программы (школы) и программы дополнительного образования – кружки, мастерские. Тем не менее, к сожалению, этими программами охвачены только более сохранные дети. Особенно это относится к учебным программам. Например, есть категория детей - «лежачки», т.е. прикованные к кровати, с которыми обычно не ведется целенаправленная развивающая работа. Эти дети традиционно признаны необучаемыми. В некоторых ДДИ (например, в № 32, 38, 40, 49, 54) такие программы начали развиваться после обучения у коллег из Швеции, Германии, Норвегии и Финляндии.
Также не существует четко установленных образовательных программ для детей с тяжелыми нарушениями развития. Соответственно, сотрудники школ или детских домов-интернатов, организующие учебный процесс, часто не имеют представления о том, чему и как нужно учить детей, не способных осваивать образовательную программу VIII вида (программа для специального коррекционного образования). Педагоги сталкиваются с ситуацией, в которой каждый сам изобретает велосипед и действует в рамках своего персонального понимания.
Есть и другие инновационные программы реабилитации детей. Например, иппотерапия - лечение и реабилитация детей посредством общения и катания на специально обученных лошадях. Она проводится в ФГУ «Сергиево-Посадский детский дом слепоглухих», в РГУ Марий Эл «Савинский детский дом-интернат для умственно-отсталых детей» и ГУ«Хабаровский дом-интернат для умственно-отсталых детей».
Среди образовательных, реабилитационных и адаптационных программ хочется отдельно выделить трудотерапию. В связи с тем, что подавляющее большинство региональных ДДИ для детей-инвалидов находятся в сельской местности, во многих из них существуют приусадебные хозяйства, поэтому наиболее часто в них занимаются растениеводством, реже — животноводством. Также очень распространены швейные и столярные мастерские.
Самыми популярными кружками традиционно остаются спортивные, художественные, музыкальные и танцевальные кружки. Они функционируют в большей части ДДИ.
Работа с воспитанниками старше 18 лет
В Новосибирской, Владимирской, Ивановской, Калининградской, Иркутской областях и в Санкт - Петербурге в интернатах осуществляются программы по работе с молодыми инвалидами. Вместо перевода воспитанников по достижении 18 лет в психоневрологические интернаты для взрослых на базе учреждения открываются специальные отделения. Соответственно, у воспитанников остается возможность продолжать реабилитационные мероприятия: трудотерапию, учебные программы, занятия по социальной адаптации. Например, за последние 30 лет около ста выпускников Государственного учреждения «Дом-интернат для умственно отсталых детей «Ласка» г. Владикавказ, по словам директора, благодаря этим программам смогли избежать попадания в психоневрологические интернаты для взрослых и начать самостоятельную жизнь. Конечно, достичь результата, при котором все дети могли бы выпуститься в самостоятельную жизнь, невозможно, но и для остальных детей наличие подобных схем – это шанс на образ жизни, отличный от жизни в ПНИ для взрослых, возможность развиваться, стремиться к чему-то, больше узнавать жизнь.
На базе государственного учреждения Самарской области «Самарский пансионат №1» создан специальный, отдельный психоневрологический интернат для выпускников детских интернатов, что имеет ряд неоспоримых преимуществ перед обычными психоневрологическими интернатами для взрослых: восемнадцатилетние подростки остаются в той же социальной, привычной для них среде, где на правах преемственности с ними продолжается работа, начатая в детских учреждениях. Безусловно, такая система не решает вопрос с их изоляцией, но нивелирует часто встающую при переводе в ПНИ проблему деградации.
В ГСУСО Амурской области «Малиновский детский дом-интернат», ГБСУСО Новосибирской области «Обской детский дом-интернат для умственно-отсталых детей» и ГОУCО «Иркутский детский дом-интернат № 1 для умственно-отсталых детей» наиболее сохранные дети проходят профессиональную подготовку по специальностям младшего медицинского персонала. По достижении совершеннолетия они переходят в ПНИ, но уже в качестве сотрудников. Проживают они в общежитиях при этих интернатах.
Кроме того, на базе пяти ДДИ в Москве, Санкт-Петербурге, Смоленской и Архангельской областях, республике Марий Эл (№ 25, 36, 41, 65, 79) созданы центры социальной адаптации выпускников, в которых ребята живут условно самостоятельно: учатся вести домашнее хозяйство, готовить, рассчитывать бюджет и т. д. Работают они за пределами центров.
В одиннадцати интернатах (№ 3, 6, 8, 39, 47, 55, 56, 57, 126, 133, 134 ) есть отделения для молодежи старше 18 лет.
К сожалению, описанный выше опыт можно назвать скорее единичным. Со слов директоров, большинство выпускников – более 95 % попадают в психоневрологические интернаты для взрослых, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Открытость руководства ДДИ
При проведении опроса удивила открытость руководителей детских домов для общения и сотрудничества вопреки сложившемуся мнению о закрытости подобных заведений: удалось связаться с администрацией 131 ДДИ, из которых от разговора отказалось всего три человека, от участия в анкетировании – шесть. Около половины всех ДДИ согласились на участие в анкетировании только после согласования с местными органами соцзащиты, но при этом не отказались отвечать устно на задаваемые им вопросы.
Руководители большинства организаций охотно делились информацией о своей деятельности, идеях и проблемах. Тем не менее, несколько региональных управлений соцзащиты отказалось от участия в анкетировании, общения и предоставления какой - либо информации: Москвы, Московской и Челябинской областей и Краснодарского края. К примеру, заместитель министра социального развития Челябинской области заявила, что размещение информации про их ДДИ, коих в области три, невозможно из-за опасения терактов. Поэтому им приходится отслеживать отсутствие контактной информации по ним где-либо.
Стереотипы восприятия детей-инвалидов
Анализируя ответы директоров детских домов - интернатов для детей инвалидов по реализации схем семейного устройства, поразила стереотипность многих из них. По словам руководителей, смысла в реализации СУ таких детей нет, так как в связи с их тяжелыми заболеваниями не только они никому не нужны, но и им не нужна семья. Также, во многих учреждениях уверены, что таким детям лучше находиться именно в специальных заведениях, где они получают необходимый уход, находятся под присмотром врачей и где у них больше возможностей участвовать в образовательных и реабилитационных программах. Отмечается также, что проживание детей в интернатах дает их родителям возможность работать. При этом семья, как важнейший фактор развития ребенка, не считается значимым.
Психология изоляции особых детей глубоко укоренилась с советских времен. Уже около 30 лет в развитых странах нет подобных заведений, в то время как Россия только начинает двигаться в этом направлении. Мнение, что больной ребенок должен жить в специальных учреждениях, широко распространено, и директора, находящиеся внутри этой системы искренне верят в его неоспоримость. Как показательный, хотелось бы привести ответ директора Борисовского детского дома-интерната для умственно отсталых детей (Белгородская область), которая считает, что интернаты для умственно отсталых детей нужны будут всегда: куда же еще таких детей девать?!
Отдельно хочется отметить снижение проблемы попадания детей в исследуемые заведения из-за гипердиагностики (неоправданно завышенного диагноза). По мнению большинства директоров, в последнее время к ним попадают дети по объективным медицинским показаниям и правильно поставленным диагнозам. Конечно же, дети, попавшие в эти ДДИ необоснованно, есть, но поступили они ранее. Эту тенденцию можно частично связать с недавно появившейся практикой по пересмотру диагнозов, поставленных психолого-медико-педагогическими комиссиями (ПМПК). В настоящее время администрация интернатов сама отправляет наиболее сохранных детей, ошибочно попавших в эти учреждения, на повторную диагностику. Часто, эти дети переводятся обратно в систему образовательных учреждений.
Личность директора
К сожалению, внедрение программ по семейному устройству, инновационных реабилитационных и образовательных программ в специализированные детские учреждения для особых детей зависит в подавляющей степени от личности директора, а не от регионального и федерального законодательства. По закону, в ДДИ обязаны кормить детей, но не устраивать в семьи, обязаны следить, чтобы дети не дрались, но не обязаны обучать труду, должны следить, чтобы их пенсии копились на счету, но не могут выделить из этих денег необходимые средства на лекарства или поставить им надгробные именные кресты. Не смотря на то, что по законодательству администрация детских домов – интернатов должна отстаивать интересы детей, каждый конкретный руководитель вкладывает в это понятие свой смысл.
Надеемся, что наблюдения, сделанные нами во время проведения опроса и зафиксированные в данном материале, окажутся полезными.